Они снимались перед боем - 
В обнимку четверо у рва. 
И было небо голубое, 
Была зеленая трава. 

Никто не знает их фамилий, 
О них ни песен нет, ни книг. 
Здесь чей-то сын и чей-то милый, 
И чей-то первый ученик. 

Они легли на поле боя, 
Жить начинавшие едва, 
И было небо голубое, 
Была зеленая трава. 

Забыть тот горький год неблизкий 
Мы никогда бы не смогли, 
По всей России обелиски, 
Как души, рвутся из земли. 

...Они прикрыли жизнь собою, 
Жить начинавшие едва, 
Чтоб было небо голубое, 
Была зеленая трава. 

(Римма Казакова)
 

Пускай сурово, но открыто, честно. 
А вот один литературный туз 
Твердит, что совершенно неуместно 
В стихах моих проскальзывает грустью 

Он это говорит и пальцем тычет 
И, хлопая, как друга, по плечу, 
Меня он обвиняет в безразличье 
К делам моей страны...И я молчу. 

Нотации и чтение морали 
Я сам люблю... Мели себе, мели.... 
А нам судьбу России доверяли, 
И кажется, что мы не подвели. 

                         (Николай Старшинов) 

Мы этот образ до сих пор храним - 
Истерзанный свинцом лежал парнишка, 
И не было при нем военной книжки - 
Она в бою погибла вместе с ним. 

Пусть мы его фамилии не знаем, - 
Он был - мы знаем - верным до конца. 
И мы в молчанье головы склоняем 
Перед бессмертным подвигом бойца. 

И дружба воинов неколебима свята, 
Она не умирает никогда! 
Мы по оружию родному брату 
Воздвигли памятник на долгие года! 

Соединим же верные сердца 
И скажем, как ни велика утрата, -
Пусть нет фамилии у нашего бойца, - 
Есть звание российского солдата! 

                                (Михаил Светлов)

С восторгом нас, девчонок, не встречали, 
Нас гнал домой охрипший военком. 
Так было в сорок первом. А медали 
И прочие регалии - потом. 

Смотрю назад, в продымленные дали: 
Нет не заслугой в тот зловещий год, 
А высшей честью школьницы считали 
Возможность умереть за свой народ. 

                               (Юлия Друнина) 

Ему как мавзолей земля - 
На миллион веков, 
И млечные пути пылят 
Вокруг него с боков. 

На рыжих скатах тучи спят, 
Метелицы метут, 
Грома тяжелые гремят, 
Ветра разбег берут. 

Давным давно окончен бой... 
Руками всех друзей 
Положен парень в шар земной, 
Как будто в мавзолей...

                           (Сергей Орлов) 

Не будет ничего страшнее, 
Живи еще хоть сотню лет, 
Чем эта мокрая траншея, 
Чем этот серенький рассвет. 

Сегодня лопнуло терпенье, 
Осточертел проклятый дождь - 
Пока поднимут в наступленье, 
До ручки, кажется, дойдешь. 

Ведь как - никак, мы в 45, 
Победа - вот она! Видна! 
Выходит срок служить солдатам, 
А лишь окончится война, 

Тогда, то главное случится!.. 
И мне, мальчишке, невдомек, 
Что ничего не приключится, 
Чего б я лучше сделать мог. 

Что ни главнее, ни важнее 
Я не увижу в сотню лет, 
Чем эта мокрая траншея, 
Чем этот серенький рассвет. 

                  (Сергей Нарочатов) 

Откуда мы? Мы вышли из войны, 
В дыму за нами стелиться дорога. 
Мы нынче как-то ближе быть должны, 
Ведь нас осталось в мире так не много. 

Шли по войне, шли по великой всей, 
И в сорок первом шли, и в сорок третьем, 
И после. И теряли мы друзей, 
Не зная, что таких уже не встретим. 

Но навсегда нам памятью дано 
 Их видеть сквозь разрывы в отдаленье. 
Мои друзья, которых нет давно, 
Они и нынче наше поколенье. 

Все в жизни с ними было пополам. 
Мы все одно! И нет прочнее сплава. 
И с песнею далекой по полям - 
Прислушайтесь!- проходит наша слава. 

                     (Константин Ваншенкин) 

А снега белы, как маскхалаты, 
А снега багровы, как бинты, 
Падают безвестные солдаты 
Возле безымянной высоты. 

Вот уже и не дымится рана, 
Исчезает облачко у рта... 
Только может быть она не безымянна 
Крошечная эта высота? 

Не она ль бессмертием зовется?.. 
Новые настали времена, 
Глубоки забвения колодцы, 
Но не забывается война... 

Никуда от прошлого не деться, 
Вновь война стучится в души к нам, 
Обжигает, обжигает сердце 
Благородность с болью пополам. 

                         (Юлия Друнина)